Историки или обманщики?

Историки нередко думают о себе как о глашатаях истины и борцах с предрассудками. Один канадский историк, к примеру, помещает следующее высказывание Хрущёва в качестве эпиграфа в заголовке своего сайта: "Историки - опасные люди. Они способны всё перевернуть"[1]. Однако это справедливо только для настоящих историков - таких, которые готовы провозглашать истину о прошлом без страха и пристрастия. Сомнительно, чтобы в каком-либо отдельно взятом столетии таких историков было больше обычной горстки. Безусловно, не может быть особых причин для того, чтобы сравнивать нынешних учёных-историков как с глашатаями истины, так и с борцами с предрассудками. Действительно, будет нелегко вспомнить хотя бы одного профессионального историка, который бы слишком долго мутил политическую воду, не говоря уже о таком, который бы поколебал влиятельные политические круги[2]. Риски подлинной научной независимости - такие, как потеря должности, утрата престижа, профессиональное и общественное изгнание, а также лишение средств к существованию, - настолько велики, что они гарантируют то, что большинство учёных оправдает ожидания их коллег и руководителей их институтов. Достаточно будет упомянуть о судебных процессах и неприятностях новозеландского историка Джоэля Хейварда, в чьей научной диссертации за 1991 год содержалась доскональная и местами благожелательная оценка ревизионизма холокоста, чтобы понять, что историк, что-либо переворачивающий, не имеет будущего в науке[3]. В 2002 году Хейвард, в результате полемики, разгоревшейся вокруг его диссертации, был вынужден уйти с должности старшего преподавателя обороны и стратегии, которую он занимал в Мэссейском университете в Кентербери, Новая Зеландия. Несмотря на то, что сейчас Хейвард снова преподаёт (по-видимому, в одном британском военном колледже), его веб-сайт возвещает, что он "не ревизионист". Короче говоря, если Хейвард и преподаёт сегодня историю, то только потому, что ныне он выставляет напоказ свой неревизионизм и филосионизм (к примеру, он заявляет, что "Израиль, несомненно, имеет право на существование в своих нынешних границах"). Учитывая, что его последняя книга посвящена адмиралу Нельсону, условием его нынешнего трудоустройства, похоже, является то, что он будет держаться подальше от тем, связанных со Второй мировой войной. Конечный результат в случае с Хейвардом, вероятно, является лучшим из всех тех, что поджидают любого учёного, демонстрирующего хотя бы малейшую объективность по отношению к холокосту. Сегодняшние профессиональные историки - это ревнивые хранители ортодоксальности, политической религии послевоенной либеральной демократии. Служение этой религии на сей день является обязательным. Мы говорим об ортодоксальности, которая так же строго проводится в жизнь, как и любая другая в любой другой исторический период, в том числе при гитлеровской и сталинской диктатурах. У сей политической религии нет названия, однако её догмы, включающие в себя суть того, что большинство рядовых людей знают (точнее, думают, что знают) о современной истории, таковы: 1. Нацистский ("фашистский") режим был худшим из всех когда-либо существовавших. 2. Гитлер был худшим человеком из всех когда-либо живших на Земле. 3. Гитлера и нацистов ("фашистов") просто невозможно осудить в достаточной мере, поскольку они совершили самое худшее из всех когда-либо совершённых преступлений - холокост. Это был поистине дьявольский план, самый дьявольский из всех разработанных когда-либо, имевший целью истребление всех евреев. Этот план был плодом радикального антисемитизма Гитлера. 4. Вторая мировая война была справедливой войной, поскольку она привела к низложению Гитлера и нацистов. Не имеет ни малейшего значения, сколько людей погибло в той войне, поскольку свержения нацистов нужно было добиться любой ценой. 5. Уинстон Черчилль был одним из величайших людей в истории уже потому, что он осознал, как ужасны были нацисты. Если бы не он, Англия могла бы так и не вступить в войну с Германией и нацистский режим мог бы не быть свергнут; это имело бы такие ужасающие последствия, что о них даже страшно подумать. 6. Сталин был почти таким же плохим, как и Гитлер, но он хотя бы не пытался истребить всех евреев и он хотя бы помог свергнуть нацистов. Тем не менее, он отправил многих своих политических врагов и простых людей в лагеря, весьма напоминавшие нацистские, так что он всё же был плохим, очень плохим. 7. Гитлер и Сталин возглавляли тоталитарные режимы правого и, соответственно, левого толка. 8. Поскольку как левый, так и правый тоталитаризм столь плохи, единственная жизнеспособная политическая альтернатива для них - это либеральная демократия. 9. Поскольку либеральная демократия низложила Гитлера и нацистов, это доказывает, насколько она добродетельна и благотворна. 10. О Гитлере нельзя говорить ничего хорошего. Если же вы говорите, значит вы - криптонацист и, следовательно, такой же плохой, как и сам Гитлер. 11. Нельзя говорить ничего такого, что намекало бы на то, что нацистские преступления были не такими уж страшными, как утверждают историки. Если же вы говорите нечто подобное, значит вы хотите "преуменьшить" нацистские преступления. Любой, кто хочет "преуменьшить" нацистские преступления, должен быть криптонацистом. С другой стороны, говорить, что нацистские преступления были ещё страшнее, чем историки утверждали до этого, можно. Преуменьшать нацистские преступления нельзя, однако преувеличивать их можно и даже нужно, пусть вы и лжёте. 12. Нельзя говорить ничего плохого о евреях, которые всегда и везде были полностью непорочны и которых всегда и везде несправедливо преследовали. Критиковать евреев - это антисемитизм, а антисемитизм, каковы бы ни были обстоятельства, всегда имеет потенциал запустить ещё один холокост. 13. Ни при каких обстоятельствах нельзя говорить, что Вторая мировая война велась на благо евреев. Нужно говорить, что она велась за "демократию". 14. Поскольку целью союзников было свергнуть нацистскую диктатуру, ничего из того, что союзники делали во время войны - не важно, сколь ужасно это было и делалось ли это по отношению к немцам или к кому-либо ещё, - нельзя на законных основаниях истолковывать как военное преступление. Называть деяние союзников военным преступлением - значит намекать на то, что между деяниями союзников и деяниями нацистов нет существенной разницы с моральной точки зрения. Даже намекать на то, что союзники могли совершать военные преступления, уже является признаком криптонацизма. 15. Нюрнбергский процесс стал гигантским скачком вперёд для нравственного развития человечества, поскольку на нём впервые были осуждены военные преступники как таковые. Разумеется, историки в университетах не преподают сии догмы в такой же открытой и честной манере, как, скажем, православные священники преподают догмы православной церкви. Напротив, поскольку студенты приходят в университет, уже будучи приверженцами современной политической религии, историки вольны предполагать эти догмы, и их сочинения представляют собой крупномасштабное совершенствование последних. Догмы эти увековечивают, не говоря о них открыто, а делая всё для того, чтобы они были единственными правильными выводами, которые можно сделать из истории. Из всех догм, которые я только что описал, единственная, которую можно считать открытой для дискуссии, - это та, если Гитлер был хуже Сталина. Кое-кто может настаивать на том, что Сталин был хуже, поскольку его режим убил намного больше людей. Однако концепция, согласно которой холокост был самым страшным преступлением из всех совершённых когда-либо, ещё раз приводит к выводу о том, что Гитлер всё-таки был хуже, пусть даже очевидной вывод из этого - тот, что еврейские жизни ценнее жизней русских, - вслух не произносится (ведь обращение внимания на тот факт, что еврейские жизни считаются более важными, чем жизни других народов, - это нечто такое, что можно сделать, лишь будучи движимым антисемитизмом). Из всех догм политической религии, смотрителями которой стали профессиональные историки, самой важной (вероятно, потому, что она также и самая уязвимая), безусловно, является догма №3: то, что Гитлер и нацисты проводили программу по уничтожению евреев.

Историки или обманщики?